Метаморфозы праздника жатвы: из истории Шавуот

Яков Эйделькинд 30 мая 2017
Поделиться

«Временем дарования нашей Торы» назван Шавуот в сборнике молитв, авторство которого приписывают гаону Амраму из Суры (IX век н. э.). Однако в Библии Шавуот напрямую не связывается ни с какими историческими или мифологическими сюжетами: здесь это земледельческий праздник жатвы.

Откуда название «Шавуот»?

Выражение хаг Шавуот встречается в трех библейских текстах (Исх., 34:22; Втор., 16:10, 16 и 2 Пар., 8:13) и означает буквально «праздник недель». Это название поясняется во Втор., 16:9‑10: Шавуот, говорится там, следует отмечать через семь недель после начала жатвы (буквально: «начала серпа среди колосьев»). В Иер., 5:24 упоминаются «положенные для жатвы недели» (шевуот хукот кацир, буквально: «недели законов жатвы»).

Семь недель, или около двух месяцев, — такова приблизительная продолжительность сезона жатвы зерновых (ячменя и пшеницы) в древнем Израиле. В календаре из Гезера  Надпись на камне конца X века до н. э., перечисляющая сезонные сельскохозяйственные работы с указанием их длительности, каждая по одному месяцу или по два месяца. друг за другом следуют «месяц жатвы ячменя» и «месяц жатвы и отмеривания». Ячмень поспевает первым. На прибрежной равнине и в долине Иордана его начинали убирать, вероятно, уже в конце апреля, а в горных районах (например, в Иерусалиме) — около середины мая. Жатва пшеницы начиналась около середины мая на равнинах, в начале июня — в горах.

Откуда название «Пятидесятница»?

Несколько иначе, чем во Втор., 16, определяется время праздника в книге Левит (23:9‑21). Там сказано, что первый [footnote text=’Таково, вероятно, значение слова омер здесь и в нескольких других библейских текстах (Втор., 24:19; Руф., 2:7, 15; Иов, 24:10; ср. глагол имер «вязать снопы» в Пс., 129:7). Однако в Исх., 16:16‑36 омер означает меру сыпучих тел (десятую часть эфы, согласно 16:36; вероятно, это составляло около 1‑2 литров).’]сноп[/footnote] урожая нужно принести жрецу. Из текста трудно понять, приносит ли каждый земледелец свой собственный первый сноп (ср. Втор., 26:1‑11, где требуется, чтобы каждая семья приносила первые плоды урожая) или же (как это описывается в Мишне, см. Менахот, 10:2‑3) один сноп приносится за всю общину. Так или иначе, жрец должен совершить с этим снопом определенный ритуал, который называется тнуфа, «возношение». Тнуфа первого снопа совершается «в день, следующий за субботой» (23:11). От этого дня нужно отсчитать семь недель (буквально: суббот) и на пятидесятый день, «следующий за седьмой субботой», принести «новое приношение» (23:15‑16).

Отсюда название «Пятидесятница», закрепившееся в христианской традиции. Оно восходит к греческому пентекосте (буквально: «пятидесятая»; слова «день» и «праздник» по‑гречески женского рода). Это греческое название Шавуот встречается в книге Товита и во второй книге Маккавеев (Тов., 2:1; 2 Макк., 12:32), а также у Иосифа Флавия («Иудейские древности» 3.10.6 §252, «Иудейская война» 1.13.3 §253).

Другие названия

В Числ., 28:26 праздник называется «ваш Шавуот» (шавуотехем), но там же употреблено и другое название праздника — «день первого урожая» (йом а‑бикурим). В Исх., 23:16 он называется «праздником жатвы (хаг а‑кацир)».

В Мишне (например, Бикурим, 1:3, 6; Швиит, 1:1) и других раввинистических текстах Шавуот носит название Ацерет, что означает (примерно как и хаг) просто «праздник».

Древние обычаи в новом контексте

На протяжении I тыс. до н. э. — I тыс. н. э. еврейская культура и религия претерпели глубокие изменения. Увеличивалась доля городского населения; росла диаспора. В самосознании еврейской общины (прежде всего, вероятно, ее культурной элиты) все большую роль играло противопоставление себя окружающим народам (мотив избранности). Все большее значение приобретали исторические предания и квазиисторические мифы об уникальной судьбе евреев (границу между первыми и вторыми не так легко провести, как мы видели на примере книги Эсфири и предания об исходе из Египта См.: Эйделькинд Я. Книга Эсфири. Он же. Предание об исходе ). Религия фокусировалась на фигуре национального Бога. Все прочие формы религии (местные святилища, культы других богов, культы предков и т. д.) либо отбрасывались как «языческая мерзость», либо трансформировались, находя себе место в новой системе.

Среди прочего менялся и смысл древних праздников. Праздник жатвы, составлявший часть уклада древних земледельцев Израиля, терял актуальность для урбанизированной элиты и для диаспоры. Кроме того, аграрный праздник был слишком похож на обычаи «народов страны» и не имел никакого отношения к национальному мифу. Чтобы древний земледельческий праздник не потерял актуальность и не начал восприниматься как «языческий», его нужно было увязать с преданием об истории еврейского народа.

Пасха претерпела эту трансформацию раньше всего: уже в текстах Пятикнижия она тесно связана с сюжетом об исходе из Египта. Древнейшая основа Пасхи — ее возможная связь с весенним равноденствием, с древними скотоводческими обрядами или с началом жатвы — все это относится к области недоказуемых предположений. Если такая основа и была, то она уже практически вытеснена в библейских текстах новым историко‑мифологическим смыслом.

Иначе обстоит дело с праздником Кущей (Суккот). Его земледельческий смысл вполне прозрачен, поскольку в Исх., 23:16 и 34:22 он называется праздником сбора плодов. Но обычай строить шалаши во время этого праздника объясняется в Лев., 23:43 как напоминание об исходе: «чтобы все ваши поколения знали, что в шалашах поселил я сынов Израилевых, когда вывел их из Египта». Это объяснение явно вторично. Оно выглядит искусственно, поскольку традиционные для Суккот шалаши из зеленых веток отождествлены здесь с палатками, в которых должны были жить предки израильтян в Синайской пустыне. Таким образом, национальная историко‑мифологическая интерпретация праздника для Суккот уже намечена в Библии, но лишь в одном тексте. Первоначальный земледельческий смысл пока что остается главным.

Дарование Торы. Фрагмент миниатюры. Сараевская агада. Испания. XIV век. Национальный музей Боснии и Герцеговины

Дарование Торы. Фрагмент миниатюры. Сараевская агада. Испания. XIV век. Национальный музей Боснии и Герцеговины

Неудивительно, что и Шавуот в конце концов был прикреплен к центральному для еврейской традиции сюжету об исходе. В раввинистической традиции это происходит довольно поздно. В Мишне Шавуот еще ничего не говорится о связи Шавуот с дарованием Торы. Лишь в Вавилонском Талмуде впервые утверждается, что Тора была дана Израилю в Шавуот (Псахим, 68б; ср. Шабат, 86б, где речь идет только о десяти заповедях). Затем эта мысль встречается в Шмот раба, 31:16 (вероятно, IX–X веков н. э.).

Фактически единственным библейским обоснованием связи Шавуот с дарованием Торы для талмудических мудрецов служит Исх., 19:1: «На третий месяц после исхода израильтян из Египта, в этот самый день они пришли в пустыню Синай». Семь недель от исхода, то есть от Пасхи до Шавуот, конечно, составляют менее двух месяцев; но при этом, если принять нисан за первый месяц, то сиван, на который выпадает Шавуот, будет как раз третьим.

Попытки переосмысления праздника в таком ключе предпринимались уже в эллинистическую эпоху. В книге Юбилеев, датируемой II веком до н. э., сообщается, что Г‑сподь заключил договор с Ноем в третий месяц года. Поэтому, как сказано там же, небесные скрижали предписывают праздновать в этот месяц Шавуот «ради возобновляемого договора». Этот праздник отмечался на небесах от сотворения мира (Юб., 6:17). В день Шавуот Г‑сподь призывает Моисея на гору Синай, чтобы вручить ему скрижали с заповедями (Юб., 1:1). К Шавуот приурочено в книге Юбилеев и заключение договора между Иаковом и Лаваном (Юб., 29:7). Как видим, «праздник недель» в книге Юбилеев фактически превращается в день договоров. Возможно, автор книги Юбилеев интерпретировал слово «Шавуот» как форму множественного числа одновременно от слова шавуа «неделя» и от слова шевуа «клятва». В масоретском произношении «недели» и «клятвы» различаются только одним гласным (шавуот и шевуот), а в древности они могли быть и полностью омонимичны.

Не исключено, что та же интерпретация Шавуот как «праздника клятв» подразумевается в одном из эпизодов книги Паралипоменон. В 2 Пар., 15:10‑14 рассказывается, что при иудейском царе Асе жители Иудеи собрались в Иерусалиме, принесли жертвы, заключили договор с Г‑сподом и скрепили его клятвой. Таргум отождествляет этот праздник с Шавуот. Правда, в самом библейском тексте слова «Шавуот» нет, но сообщается, что праздник был устроен в третий месяц.

В новозаветной книге Деяний святых апостолов ученики Иисуса собираются в Иерусалиме на праздник Пятидесятницы (то есть Шавуот). Внезапно на них сходит Святой Дух, и они начинают говорить на разных языках. Там же, со ссылкой на пророчество Иоиля, это событие интерпретируется как знамение, указывающее на наступление «дня Господня» (Деян., 2). Возможно (хотя это лишь догадка), в подтексте здесь тоже присутствует интерпретация Шавуот как дня, предназначенного для заключения договоров, а нисхождение Святого Духа мыслится как новый договор Бога с людьми.

«День, следующий за субботой»

Точная дата Шавуот в библейских текстах не оговаривается. Очевидно, праздник жатвы первоначально был приурочен к самой жатве, а время жатвы, во‑первых, зависело от местных условий (см. выше), во‑вторых, колебалось от года к году.

Во Втор., 16 дата праздника определяется фактическим началом жатвы: нужно отсчитать семь недель от появления «серпа среди колосьев». В Лев., 23 семь недель отсчитываются от приношения первого снопа «в день, следующий за субботой». О какой субботе идет речь? Скорее всего, о первой субботе после начала жатвы. Суть предписания сводится к тому, что ритуал возношения снопа всегда должен совершаться в первый день недели. Но на какую неделю выпадет начало жатвы, законодатель не определяет. За точку отсчета во Втор., 16:9 берется начало трудового процесса как таковое, а в Лев., 23:15‑16 — сопутствующий ритуал. Но в обоих случаях сохраняется связь даты праздника с реальным временем начала сезонных работ, которое не было всегда и везде одинаковым.

Но позднее возникла необходимость установить единую дату праздника, которая не зависела бы от начала жатвы, и тогда именно упоминание субботы позволило древним экзегетам решить эту задачу. Правда, было предложено не менее четырех разных решений. Одни (самаритяне и караимы) сочли, что «суббота» в Лев., 23:11 — это та суббота, которая приходится на пасхальную неделю. Другие (книга Юбилеев) — что это первая суббота после окончания пасхальной недели. Третьи (фарисеи и вслед за ними раввинистическая традиция) — что «субботой» в Лев., 23:11 названа вообще не суббота, а первый день Пасхи, поскольку это тоже день отдыха. Четвертые (фалаша) — что «субботой» назван последний день Пасхи. Ни одна из этих интерпретаций, конечно, не вытекает из библейского текста. Важно, что все они исходят из одной общей предпосылки: точка отсчета для семи недель должна быть как‑то связана с Пасхой, а не с началом жатвы. Поэтому, хотя выбор даты Шавуот определялся тем, как понимать «субботу» в Лев., 23:11, принципиальный результат во всех четырех случаях получался один и тот же: Шавуот освобождался от связи с сельскохозяйственными реалиями и занимал постоянное место в календаре.

Поделиться

Как Шавуот стал праздником дарования Торы

Нет ни одной специфической заповеди, связанной с этим праздником. Предписания Шавуот подчеркивают исключительно сельскохозяйственный аспект этого дня. Пока существовал Храм, в Шавуот совершалось специальное хлебное жертвоприношение, испеченное из зерен нового урожая: «От жилищ ваших принесите два хлеба возношения; из двух десятых частей эфы тонкой пшеничной муки должны они быть, квашеными да будут они испечены, это первинки Г-споду» (Ваикра, 23:17).

История текста Торы Моше до наших дней

«Вся Тора, находящаяся ныне в руках наших, — это Тора, данная учителю нашему Моше». Этот догмат многие склонны понимать буквально, как утверждение, что свиток Торы, который находится в нашей синагоге, полностью идентичен тому, который Всевышний надиктовал Моше. Однако так ли это на самом деле?