Неразрезанные страницы , Песах

Песах

Адин Эвен‑Исраэль (Штейнзальц). Перевод с английского Евгения Левина 14 апреля 2020
Поделиться

Книга выдающегося еврейского раввина Адина Штейнзальца «Тшува», которая выходит в издательстве «Книжники», не является призывом к возвращению к Творцу. Она адресована тем, кто уже принял соответствующее решение и сделал первые шаги в этом направлении. Книга предлагает советы и руководство по преодолению трудностей, которые возникают у этих людей. Часть рекомендаций — практического характера. Читатели «Лехаима» первыми ознакомятся с фрагментом будущего издания.

Песах, прежде всего, один из трех праздников паломничества (регалим), поэтому многие из связанных с ним законов общие с законами Суккот и Шавуот. В то же время он уникален — во‑первых, благодаря седеру (в Израиле — в ночь первого дня праздника, в диаспоре — в первые два дня), а во‑вторых, из‑за запрета есть квасное (хамец). Словом, Песах оказался достаточно уникальным, чтобы Талмуд посвятил ему отдельный, довольно большой трактат Псахим.

Большинство законов и обычаев седера можно найти, во‑первых, в стандартных изданиях Пасхальной агады, а во‑вторых, в специальной литературе. Чтение и обсуждение Агады является исполнением заповеди рассказывать об исходе из Египта — главной заповеди этой ночи. Однако она предназначена не только для чтения и обсуждения, а Агада — не просто сборник молитв и комментариев. Пасхальный седер — прежде всего ритуал. Поскольку сегодня мы не совершаем жертвоприношений, его значительная часть служит напоминанием o «ночи освящения праздника» Йешаяу, 30:29. — Здесь и далее примеч. перев., если не указано иное.
 — то есть о пасхальных жертвоприношениях в Храме. Наконец, седер является своего рода реконструкцией ночи Исхода и пасхальных жертвоприношений.

В гораздо большей степени, чем субботняя трапеза, седер является «семейным приношением», семейным праздником par excellence Преимущественно (фр.). — Примеч. ред.
. Церемония обновляет и укрепляет связи, соединяющие семью в единое целое и с ее прошлым и будущим. С точки зрения буквы закона еврей, оказавшийся в этот день в одиночестве, может и должен провести седер для самого себя. Однако гораздо лучше оказаться в компании, в обществе людей, родных и близких тебе по крови и по духу. В процессе чтения Агады, участия в различных ритуалах и даже во время самой трапезы (являющейся неотъемлемой частью праздника) возникает связь не только с Творцом, но и между сидящими за одним столом, то есть не только «вертикальные», но и «горизонтальные» связи. Четыре сына из Пасхальной агады нередко оказываются участниками одного седера «О четырех сыновьях толкует Тора: о мудром, нечестивом, несмышленом и неспособном задавать вопросы» (Пасхальная агада). . Их связь друг с другом, а также то, что, несмотря на все разногласия, они спрашивают об одном и том же, является основой еврейского единства. Прошлое и грядущее Избавление связывают их с Творцом и друг с другом.

Поэтому, насколько это возможно, лучше всего провести седер вместе с семьей, даже если отношение родственников к иудаизму оставляет желать лучшего. Здесь, как и во многих других случаях, совместное чтение, обсуждение и участие в трапезе важны сами по себе. Да, не все чувствуют способность участвовать в общинной молитве, однако седер — формат гораздо менее жесткий. Понятно, что не все седеры одинаково красивы, но, до тех пор пока хотя бы один из участников понимает смысл происходящего, в той или иной степени ему удается донести этот смысл до других участников.

Артур Шик. Песах. 1948

К сожалению, седер нередко проводят, делая акцент на ритуальные детали в ущерб смыслу праздника или же слишком скучно и затянуто. Столь односторонний подход несправедлив в первую очередь по отношению к самой Агаде, предлагающей участникам самые разные вещи: торжественные церемонии и легкомысленное веселье, интеллектуальное обаяние и семейное тепло… Однако, даже если ведущему не удалось правильно сбалансировать разные элементы и не все участники получили удовольствие, каждая еврейская семья все равно обладает чувствительностью к духу Песаха — чувствительность эту следует холить и лелеять.

Если проведение седера — вещь достаточно субъективная, где многое зависит от чувств и отношения к происходящему, другая важнейшая составляющая Песаха, запрет квасного, регулируется многочисленными и подробными еврейскими законами. Суть этого запрета, упомянутого в Торе «Устраните квасное из домов ваших, ибо всякий, кто будет есть квасное с первого дня до седьмого дня, душа та истреблена будет из среды Израиля» (Шмот, 12:15).
, заключается в том, чтобы не владеть, не употреблять в пищу и не извлекать никакой выгоды из семи зерновых культур: пшеницы, ячменя, овса и двух других злаков, косемет и шифон По большинству мнений, речь идет о полбе и ржи.
. Запрет остается в силе на протяжении всех семи дней праздника. В тот момент, когда зерна этих злаков достигают уровня заквашивания (химуц), использовать их в Песах строжайше запрещено.

Достаточно сложно научно определить, что является квасным, а что нет, однако еврейский закон предлагает несколько конкретных практических критериев. На практике это означает запрет любой выпечки и других продуктов из теста — за исключением теста, изготовленного под специальным контролем, чтобы избежать заквашивания. Запрет также распространяется на любые спиртные напитки, сделанные из зерновых: пиво, водку, виски и т. д.

Запрет квасного является очень строгим. Согласно Торе, наказанием за сознательное нарушение этого запрета является карет — «отсечение» от еврейского народа «Ибо, кто будет есть квасное, душа та истреблена будет из общины Израиля, пришелец ли он или коренной житель земли той» (Шмот, 12:19). В еврейской литературе есть разные мнения, в чем именно заключается это наказание. См., напр., Рамбам, Мишне Тора, Книга «Знание», Законы раскаяния, 8:2 (М.: Книжники; Лехаим, 2010): «Награда праведников — в том, что они удостоятся того блаженства и пребудут в том благе. Воздаяние злодеям — в том, что они не удостоятся той жизни, а будут истреблены и погибнут. И всякий, кто не удостоится той жизни, умрет и не будет жить никогда, но будет истреблен в злодействе своем и пропадет подобно скотине. Это и есть “отсечение”, описанное в Торе, где сказано: “Отсечением будет отсечена та душа”» (Бемидбар, 15:31). . Такое же наказание полагается за осквернение Йом Кипура и несколько других столь же серьезных прегрешений. В отличие от других запрещенных продуктов и кушаний, квасное запрещено даже в мельчайших количествах: малейшая примесь квасного делает продукт запрещенным не только в пищу, но и для любого другого использования. «Вторичные» законы в отношении квасного тоже очень строгие. Даже религиозные авторитеты, склонные к мягкости и гибкости в других вещах, в этом вопросе часто отличаются ригоризмом. В результате практически любой продукт, прошедший какую‑либо обработку, немедленно оказывается под подозрением (исключением являются разве что сырое мясо, рыба и яйца). Несмотря на то что относительно косметики и лекарств есть разные мнения, рекомендуется проявлять бдительность и в этом, чтобы случайно не нарушить запрет извлекать выгоду из квасного.

Следы квасного могут быть обнаружены в продуктах, даже если все исходные ингредиенты кажутся разрешенными. Существуют ингредиенты, которые могут быть, а могут и не быть квасным, в зависимости от своего происхождения. Спирт, например, разрешен, если изготовлен не из зерна. В результате обычному «человеку с улицы» практически невозможно понять, содержит ли тот или иной продукт квасное. Поэтому в Песах можно пользоваться только теми продуктами, на которых стоит заслуживающая доверия печать, удостоверяющая его кошерность (гекшер). Просто фразы «кошерно на Песах» (кошер ле‑Песах) или заверений продавца, к сожалению, в данном случае недостаточно, поскольку он может ввести в заблуждение, намеренно или нет.

Еще одна трудность связана с тем, что некоторые общины воздерживаются в Песах от растительных продуктов, не запрещенных собственно Торой. В этот список входят, например, рис, кукуруза и некоторые бобовые (горох, бобы и т. д.). Все эти продукты обобщенно называют «китнийот». Ашкеназские евреи не едят в Песах китнийот, сефардские же едят. Впрочем, некоторые сефардские общины добровольно придерживаются некоторых других запретов. Кроме того, существуют еще и общинные, семейные и личные устрожения, иногда достаточно неожиданные. В силу многообразия существующих обычаев печати кошер ле‑Песах может оказаться недостаточно, она порой может даже ввести в заблуждение. По этой причине некоторые благочестивые евреи никогда не едят в Песах вне дома.

Как и во всех подобных случаях, начинающему необходимо приступить к соблюдению основных запретов, не стараясь в порыве излишнего рвения взять на себя чересчур много дополнительных ограничений. Следовать им может оказаться трудно, и в результате возникнут серьезные проблемы, практические и духовные. Приведем пример: большинство евреев, придерживающихся хасидских обычаев, не едят кошерной во всех отношениях мацы, если ее размочили и даже если она была в контакте с какой‑нибудь жидкостью (маца шруя). Эта практика резко ограничивает список продуктов и блюд, которые можно есть в Песах.

Посуда и кухонная утварь, которой пользовались в течение года, не пригодна в Песах, если контактировала с квасным. Некоторые виды кухонной утвари можно использовать, предварительно подвергнув специальной процедуре кошерования. Поскольку посуду делают из самых разных материалов и используют весьма по‑разному, проблема кошерования является очень сложной и запутанной процедурой, так что стоит каждый раз советоваться с тем, кто лучше разбирается в этом вопросе. Идеальное же решение (насколько это возможно) — купить на Песах отдельный набор кастрюль, сковородок, тарелок и столовых приборов, которым не пользуются в течение всего года.

Поскольку пасхальный стол должен выглядеть празднично, существует древняя традиция покупать для Песаха красивую специальную посуду (затем по мере необходимости ее можно использовать по назначению повседневно, при этом она, разумеется, перестает быть пасхальной).

Кошеровать на Песах нужно не только столовые приборы, посуду и кухонную утварь, но и раковины, в которых мыли посуду в течение года, а также плиты, печки и духовки. Последние представляют более серьезную проблему, чем посуда. Во всех этих случаях нужно тщательно сверяться с законом, чтобы избежать ошибок, вызванных недостаточной осведомленностью.

Сложность подготовки к Песаху означает, что на это нужно выделить достаточно времени, чтобы сделать все как должно, без лишней поспешности и напряжения. В любом случае запрет есть квасное или пользоваться им любым другим способом вступает в силу утром накануне Песаха.

Благочестивые евреи полностью очищают на Песах свой дом от квасного. Однако не всегда это возможно практически, особенно когда речь идет о магазинах, складах или ресторанах, а также о некошерной к Песаху посуде и кухонной утвари. Поэтому мудрецы создали институт продажи квасного (мехират хамец). Речь идет о формальном соглашении, согласно которому все квасное, принадлежащее еврею, на время Песаха переходит в собственность нееврея (на которого пасхальные запреты, естественно, не распространяются). Когда праздник заканчивается, нееврей «продает» квасное обратно. Это сложная сделка, поскольку она должна полностью соответствовать требованиям не только еврейского закона, но и законов страны проживания. В большинстве общин продажей квасного занимается раввин, в качестве поверенного всех евреев. Поскольку для продажи необходимо согласие владельца, последний должен проявить инициативу, обратиться к раввину (или его помощнику) и передать ему соответствующие полномочия (в экстренных случаях можно сделать это по телефону; в любом случае лучше так, чем никак В наши дни появилась возможность оформить разрешение на продажу квасного через интернет.
).

Если квасное (или утварь, использовавшаяся для приготовления квасного) осталось на Песах в собственности еврея, после праздника возникает множество проблем с ее использованием. Поэтому очень важно вовремя позаботиться о продаже. Тот, кто знает, что накануне праздника окажется далеко от дома, может сделать все заранее.

Съесть во время седера определенное количество мацы — заповедь Торы. Однако в течение остального праздника есть мацу необязательно, достаточно просто не есть квасного Это особенно важно помнить тем, кому не рекомендуется есть мацу по медицинским соображениям. . Кошерная в Песах маца (она далеко не вся такая) вполне доступна и в Израиле, и в большинстве общин диаспоры. Существует множество добровольных устрожений, связанных с поеданием мацы. Как минимум, следует быть особенно внимательным по отношению к трем листам мацы, которые кладут на пасхальное блюдо. Многие евреи используют для этого только так называемую «береженую мацу» (маца шмура), изготовленную под особо строгим надзором, или мацу ручной работы.

Специальные пасхальные законы, как запреты, так и предписания, связаны с пищей. Однако это ни в коем случае не означает, что этот праздник только «про еду». С точки зрения исторического происхождения, внутреннего смысла и эмоциональных ассоциаций Песах, прежде всего, является праздником еврейской семьи — как собственно «ячейки общества», так и большой исторической и метафизической семьи, то есть народа Израиля.

Разумеется, Песах имеет и универсальное общечеловеческое значение, поскольку это праздник свободы (хаг а‑херут) — освобождения евреев из египетского рабства и их превращения в отдельный, свободный народ. Исход из Египта стал архетипом, моделью освобождения вообще и мечтой о свободе еврейского народа в частности. В Пасхальной агаде, равно как в прочих текстах, читаемых в течение праздника, явно или скрыто упоминается грядущее мессианское Избавление. И, наконец, больше чем что бы то ни было, Песах является памятником еврейской истории, начиная с Исхода из Египта и эпох Первого и Второго храмов и заканчивая более поздними временами. Эти исторические и национальные связи имеют для евреев специфическую семейную окраску: большая еврейская семья собирается вместе, чтобы освежить общие воспоминания и укрепить не только связь с прошлым, но и все, что сохраняет эту семью сегодня.

Красочная церемония пасхального седера изначально задумывалась так, чтобы произвести незабываемое впечатление и связать детей со старшими поколениями семьи, таким образом соединив прошлое и настоящее. Несколько моментов седера предполагают активное участие детей и задуманы для того, чтобы оставить яркий эмоциональный отпечаток. Эти воспоминания, опирающиеся на ощущения всех органов чувств — зрения, слуха, обоняния и осязания, — сохраняются надолго после того, как детство осталось в прошлом.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Oxford Chabad Society: Раввин Адин Штейнзальц: «Что это за время, если его невозможно измерить?»

Однажды в Сингапуре, говоря о библейских кодах, я предложил аудитории, чтобы вместо того, чтобы заниматься сложным текстологическим анализом и выяснять, упоминается ли в Библии смерть такого‑то и такого‑то, они обратили бы внимание на такие простые коды, как, например, не ешьте некошерной еды, соблюдайте шабат, и так далее — все просто и понятно.

Книга о розе, чьим ароматом держится мир

Его подход к религии сочетает в себе необычайную широту взглядов, тягу к бунту и обновлению и в то же время святое и трепетное почитание традиции. Небольшая книга р. Штейнзальца — пламенная проповедь современного хасида, умеющего простым, даже несколько упрощенным языком говорить с людьми, ищущими духовного огня.

Как раббан Гамлиэль попал в «Пасхальную агаду»

Моше — главный герой Исхода после Г‑спода — не упоминается в «Пасхальной агаде» ни разу. Нет, все‑таки один раз есть, но мимоходом, технически, на обочине, совершенно необязательно (в цитате из Торы как пояснение арифметики умножения казней). Уж лучше бы вообще не упоминался. Герой Торы, но не герой «Пасхальной агады». То есть совсем не герой. Демонстративное игнорирование. Как это может быть?