Читая Тору

Недельная глава «Пекудей». Нравственная цельность в общественной жизни

Джонатан Сакс. Перевод с английского Светланы Силаковой 1 марта 2022
Поделиться

Этот стих нам насколько привычен, что мы нечасто останавливаемся, чтобы вновь его осмыслить. Я имею в виду строку из первого абзаца «Шма»: «Люби Г‑спода, твоего Б‑га, всем своим сердцем, всей душой и всем своим ме’од» (Дварим, 6:5). Последнее слово обычно переводят как «сила» или «мощь». Но Раши вслед за Мидрашем и Таргумом переводит его «всем своим богатством».

При этом переводе стих кажется непонятным — по крайней мере, так, как он записан, при таком порядке слов. Мудрецы истолковывали слова «всей душой» как «всей своей жизнью», если потребуется ««Всей своей душой» означает, что надо любить Всевышнего, даже если Он забирает твою душу»: Вавилонский Талмуд. Трактат Брахот. Т. 2. М.: Книжники; Лехаим, 2016. С. 387. — Примеч. перев.
(Брахот, 61б). Порой — к счастью, очень редко — наступают времена, когда нам заповедано скорее жизни лишиться, чем пойти на грех или преступление. В таком случае, казалось бы, излишне упоминать о нашей обязанности возлюбить Б‑га всем своим богатством — то есть даже если любовь потребует крупных финансовых жертв. Однако Раши и мудрецы говорят: это выражение относится к тем, «для кого богатство значит больше, чем сама жизнь».

Моше завершает сооружение Мишкана. Гравюра из «Коллекции библейских иллюстраций Филипа Медхерста»

Разумеется, жизнь важнее богатства. Но мудрецы также знали, что, по их выражению, «Адам баул ал маммоно» (Шабат, 117б) Ср. в Мишне: «Общее правило запрещает при пожаре, случившемся в субботу, спасать вещи, “потому что, спасая вещи, можно забыться и начать тушить пожар”» (Вавилонский Талмуд, Шабат, 117б). Цит. по: Мишна. Т. 1. Раздел Моэд (Время). М.: Книжники; Лехаим, 2011. С. 150. — Примеч. перев.
 — то есть когда деньги под угрозой, люди ведут себя странно, необдуманно и иррационально. Финансовая выгода может стать огромным соблазном, подталкивая к поступкам, которые наносят урон другим людям, а в итоге нам самим. Итак, в финансовых вопросах, особенно в отношении общественных средств, не должно быть ни места соблазнам, ни простора для сомнений в том, что деньги истрачены именно на те цели, на которые их пожертвовали благотворители. Необходимы скрупулезные аудиторские проверки и прозрачность в информации. Иначе возникнет риск недобросовестного поведения: ведь соблазн будет максимально велик, да еще в сочетании с максимально благоприятными возможностями на нем нажиться.

Вот почему глава «Пекудей» содержит подробный отчет об использовании пожертвований, поступивших на сооружение Мишкана: «Вот перечень [расходов] на Святилище, Святилище Свидетельства, который был составлен по распоряжению Моше левитами под началом Итамара, сына Аарона, священника» (Шмот, 38:21). Ниже в том же отрывке указаны точные объемы собранных материалов — золота, серебра и бронзы, а также на какие цели они были употреблены.

Зачем Моше это сделал? Один из мидрашей подсказывает ответ: «Они смотрели вслед Моше» (Шмот, 33:8). Люди критиковали Моше. Они часто говорили друг другу: «Посмотри‑ка на его шею. Посмотри‑ка на его ноги. Моше ест и пьет то, что принадлежит нам. Все, что у него есть, принадлежит нам». Другой отвечал: «Он же заведует строительством Святилища — а ты чего ожидал? Ты ожидал, что он не обогатится?» Как только Моше услышал это, он ответил: «Клянусь вашей жизнью, как только Святилище будет достроено, я дам вам полный отчет» Tanchuma, Buber, Pekudei, 4. Здесь и далее, кроме особо отмеченных, — примеч. авт. .

Моше составил подробный отчет, чтобы избежать подозрений в том, будто он положил часть денежных пожертвований в свой карман. Обратите внимание: здесь подчеркивается, что учет был осуществлен не самим Моше, а «левитами под началом Итамара» — иначе говоря, независимыми аудиторами.

В самом тексте нет ни единого намека на эти обвинения, но мидраш, возможно, исходит из фразы, которая вырвалась у Моше во время мятежа Кораха: «Ни у кого из них я не взял даже осла, никому из них не причинил зла!» (Бемидбар, 16:15). Лидерам частенько — как имея основания, так и беспочвенно — предъявляют обвинения в коррупции и личном обогащении. Возможно, мы полагаем: раз Б‑г видит все, что мы делаем, это прочная гарантия от дурных поступков. Но иудаизм ничего подобного не утверждает. В Талмуде запечатлена сцена накануне кончины рабби Йоханана бен Закая, когда учитель лежит на смертном одре, а вокруг собрались ученики:

«Сказали ему ученики: учитель, благослови нас! Сказал им рабби Йоханан бен Закай: да будет воля Всевышнего, чтобы был ваш страх перед Небесами таким же, как страх перед смертным.

Сказали ему ученики: только такой страх, не больше? Сказал им: дай Б‑г, чтоб был такой же. Знайте, что, когда человек совершает проступок, он говорит себе: лишь бы люди не увидели» (Брахот, 28б) Вавилонский Талмуд. Трактат Брахот. Т. 2. М.: Книжники; Лехаим, 2017. С. 405, 407. — Примеч. перев.
.

Когда люди грешат, они опасаются, что их греховное поведение могут увидеть другие. А сами забывают, что в этот миг их определенно видит Б‑г. Соблазн действует на мозг одурманивающе, и никто не должен полагать себя неуязвимым перед искушениями.

Позднейший пассаж в Танахе, по‑видимому, указывает, что в строгом смысле отчет Моше не был так уж необходим.

В Млахим есть история о том, как в правление царя Йеоаша собрали деньги на восстановление Храма. «И не требовали отчета от тех людей, которым передавали деньги для раздачи работникам, потому что они действовали честно» (Млахим II, 12:16). Таким образом, Моше — человек, действовавший честно, — возможно, сделал кое‑что, «выходящее за пределы требований Закона в их строгом смысле» Одно из ключевых понятий еврейского Закона (см., например, Брахот, 7а, 45б; Бава кама, 99б), означающее, что человек совершает добрые дела сверх тех, которые должен совершать, то есть творит больше добра, чем требует от него Закон.
.

Этот пассаж поражает именно из‑за того, что у Моше не было необходимости отчитываться за расходы. Когда речь идет об общественных средствах, прозрачность и подотчетность обязательны, даже если этими средствами ведают люди с безукоризненной репутацией. Те, кому вверяют ответственные посты, должны быть нравственно цельными людьми и обладать соответствующей репутацией. Именно об этом ранее говорил Итро, тесть Моше, советуя ему назначить заместителей, чтобы те помогли ему руководить народом. Это должны быть, сказал Итро, «люди, которые боятся Б‑га, люди, которым можно доверять, ненавидящие нечестную выгоду» Так в английском переводе, который цитирует автор. В русском переводе Д. Сафронова: «люди богобоязненные, правдивые и неподкупные». — Примеч. перев. (Шмот, 18:21).

Если судьи не имеют репутации честных и неподкупных людей, они не в силах гарантировать, что люди сочтут их приговоры справедливыми. Этот общий принцип мудрецы вывели из эпизода книги Бемидбар, когда сыны Реувена и сыны Гада выразили желание поселиться за Иорданом, где земля была пригодной для выпаса их скота (Бемидбар, 32:1–33). Моше сказал им: если они так поступят, они деморализуют остальной народ — создадут впечатление, что не желают переходить через Иордан и завоевывать страну в боях вместе со своими братьями.

Сыны Реувена и сыны Гада разъяснили, что готовы идти в передовом отряде войск и не вернутся на земли за Иорданом, пока страна не будет завоевана целиком. Моше принял их предложение, заметив, если они сдержат слово, будут «чисты [вийитем неки’им] пред Г‑сподом и перед Израилем» (Бемидбар, 32:22). Это выражение вошло в еврейский Закон в качестве принципа, согласно которому «человек должен снять с себя подозрения перед своими собратьями‑людьми, а также перед Б‑гом» (Мишна Шкалим, 3:2) Так в английском переводе, который приводит автор. В переводе М. Левинова: «человек должен быть чист перед людьми так же, как перед Всевышним». Цит. по: Мишна. Т. 1. Раздел Моэд (Время). М.: Книжники; Лехаим, 2011. С. 495. — Примеч. перев.
. Недостаточно поступать правильно. Пусть люди видят, что мы поступаем правильно, особенно когда есть простор для слухов и подозрений.

В ранней раввинистической литературе есть несколько случаев применения этого правила. Например, когда люди приходили брать монеты для жертвоприношений из Палаты Шекеля в Храме, где хранились деньги:

«Тот, кто выносит деньги из сокровищницы, не входит туда в хитоне с отворотами, с башмаками или сандалиями, с тфилин или с талисманом, — если он обеднеет, как бы не сказали люди, что за грех денег сокровищницы он обеднел, а если разбогатеет, как бы не сказали, что от пожертвований сокровищницы разбогател. Ибо человек должен быть чист перед людьми так же, как перед Всевышним, как сказано: “И будете чисты перед Г‑сподом и Израилем” (Бемидбар, 32:22). И сказано: “Был угоден Б‑гу и людям” (Мишлей, 3:4)” (Мишна Шкалим, 3:2) Мишна. Том 1: Раздел Моэд (Время). М.: Книжники; Лехаим, 2011. С. 495–496. — Примеч. перев.
.

Тем, кто входил в сокровищницу, запрещалось носить любую одежду, под которой можно было спрятать монеты. Сходным образом, когда у распорядителей благотворительных пожертвований оставались средства, им не дозволялось менять медные монеты на серебряные из их собственных денег: они были обязаны проводить обменные операции с третьей стороной. Тем, кто заведовал благотворительной столовой, не разрешалось закупать дополнительную еду, когда не было бедняков, между которыми ее можно было бы распределить. Излишки следовало продавать другим, чтобы людей, ведающих благотворительностью, не заподозрили в том, что они наживаются на общественных средствах (Псахим, 13а).

«Шульхан арух» предписывает: сбор благотворительных пожертвований непременно следует вести как минимум вдвоем, чтобы каждый видел, как действует другой Шульхан арух, Йоре деа, 257:1.
. По вопросу о том, необходимо ли подавать подробные отчеты, мнения рабби Йосефа Каро и рабби Моше Иссерлеса расходятся. Рабби Йосеф Каро предписывает — исходя из отрывка в Млахим II: «И не требовали отчета от тех людей, которым передавали деньги для раздачи работникам, потому что они действовали честно», — что от безукоризненно честных людей не требуется никаких официальных отчетов. Однако рабби Моше Иссерлес говорит, что требовать такие отчеты следует ввиду принципа «будь чист пред Г‑сподом и перед Израилем» Там же, 257:2.
.

Доверие имеет существенную важность для общественной жизни. Если народ некоей страны подозревает своих лидеров в коррупции, страна не может эффективно функционировать в качестве свободного, справедливого и открытого общества. Примета правильно устроенного общества в том, что лидерство считают служением народу, а не способом получить власть, которой легко злоупотребить. Танах неутомимо учит, как важны в общественной жизни высокие требования к нравственному облику.

Пророки были первыми на свете критиками социальных проблем: Б‑г повелел им высказывать властям правду и бросать вызов коррумпированным лидерам. Вызов Элияу, адресованный царю Ахаву, а также протесты Амоса, Ошеи, Йешаяу и Ирмеяу против безнравственных обычаев их времен — классические тексты в этой традиции, установившие на все времена идеалы равенства, справедливости, честности и нравственной цельности. Свободное общество строится на нравственных принципах, которые должны быть незыблемы.

Подав личный пример — отчитавшись о средствах, собранных на первый коллективный проект еврейского народа, — Моше создал важнейший прецедент на все времена.

Поделиться

Двар Тора. Ваякгель-Пекудей: Мудрость Бецалеля

Зачем Всевышний велел Моше призвать Бецалеля? Что такое Б-жественная мудрость и для чего она нужна? И как Бецалель стал самым выдающимся художником в еврейской истории? Главный редактор «Лехаима» Борух Горин читает недельную главу Ваякгель-Пекудей.

Недельная глава «Ваякгель-Пекудей». Дух сплоченности

Евреи, которые на протяжении почти всей книги Шмот изображались как неблагодарный и малодушный народ, теперь получили возможность, после греха с золотым тельцом, доказать, что они небезнадежны и способны на великие дела. Они теперь показали, что умеют созидать. Благодаря своей щедрости и умениям они построили маленький мир. Этим символическим деянием они показали, что способны стать, согласно мудрому изречению, «партнерами Г‑спода в деле творения».

Веякгель-Пекудей. «И созвал»

Дарование Торы, равно как и ее изучение, — важный элемент еврейской жизни, требующий максимальной концентрации. Однако конечная цель — создать «жилище» Всевышнему в нашем материальном мире. Поэтому о том, кто сознательно ограничивает свое служение лишь рамками Торы, наши мудрецы сказали: «Тот, кто заявляет, что для него не существует ничего, кроме Торы, — на деле оказывается лишен и самой Торы».