Основные направления в учении хасидизма

Гилель Цейтлин 18 июля 2018
Поделиться

Гилель Цейтлин (1871–1942) — один из важнейших еврейских мыслителей первой половины XX века, философ и мистик, погиб по дороге в лагерь смерти Треблинка, в канун Рош а‑Шана 5703 (1942) года. Именно в его эссе «Безмолвие и глас», в 1936 году, впервые пророчески прозвучало слово «Шоа», предрекая надвигающийся крах мироустройства и уничтожение большей части европейских евреев. Цейтлин при жизни имел огромный авторитет в еврейском мире, а после смерти труды его надолго оказались в забвении.

Сегодня издательство «Книжники» предприняло перевод его трудов и комментирование на русском языке. Читатели «Лехаима» прочтут большую работу Цейтлина о хасидизме, публикацию которой мы продолжаем в этом выпуске.

Продолжение. Начало в № 8–11 (304–307)

Рабби Нахман из Брацлава

1

Так сказал однажды р. Нахман ученикам своим: «Не перенимайте у меня того, что открыто взгляду: пусть чаще всего я пребываю в печали, не должны вы следовать моему примеру» См.: Хаей Моаран («Жизнь учителя нашего р. Нахмана», рассказы о р. Нахмане и записи бесед с ним, составленные р. Натаном Штернгарцем из Немирова), 2, 235.
. Тот, кто за радость всегдашнюю ратовал, кто наставлял бежать от печали как от огня; тот, кто твердил, что ведет меланхолия Меланхолия (ивр. мара шхора; калька с греч., букв. «черная горечь») — понятие средневековой медицины, близкое к современному «депрессия». По представлениям, восходившим к Гиппократу, угнетенное психическое состояние вызывается преобладанием в теле «черной желчи», одной из четырех жидкостей, определяющих темперамент. В Европе XVII века возникла своеобразная «мода» на меланхолию, или «культ» меланхолии.
к ереси и порождает дурные помыслы, кто учил, будто «основа возвышения и падения человека — в радости, которой он радуется Святому» Р. Натан Штернгарц. Ликутей алахот («Собрание законов»), Орах хаим, Законы благодарственного благословения, 6:24.
, — сам был полон печали, и тучами омрачен был прекрасный лик его.

Желая объяснить ученикам причину печали своей, говорил им р. Нахман, что путь его пролегает по местам диким и безлюдным, где приходится рубить дремучие тысячелетние чащобы, рубить и рубить — пока не сделается торной дорога… См.: Хаей Моаран, 2, 235.

Иногда же говорил им, будто унаследовал снедающую его печаль от своего прадеда Бааль‑Шем‑Това, а тот был из потомков царя Давида, постоянно взывавшего к Всевышнему с сердцем, сокрушенным и полным тоски Там же, 236: «А еще мы слышали, что его семья происходит из рода Давидова, как всем известно, а его потомки обычно пребывают в состоянии разбитого сердца, и им не свойственны веселые лица. Ведь царь Давид, да пребудет с ним мир, — автор книги Теилим, состоящей в основном из жалоб разбитого сердца, и все его речи — это вопли и стенания сердца, весьма сокрушенного. Поэтому и потомки его чаще всего обладают разбитым сердцем; вот и р. Баруху из Меджибожа не было свойственно веселое лицо и радостное настроение — а только лишь разбитое сердце. Нам же велено всегда пребывать в радости».
.

Ходил брацлавский цадик меж людей, как скорбящий меж женихов «Как скорбящий меж женихов» — идиома талмудического происхождения (см.: Шабат, 114а), близкая к русской идиоме «как белая ворона», однако использующаяся и в прямом значении — как человек, грустящий в окружении веселящихся.
, ибо воображение его живо рисовало перед ним все мучения и беды, что выпадают на долю каждому человеку со дня рождения и до дня смерти. Ни на мгновение не забывал он, как мимолетна радость человеческая, что жизнь людская полна вздохов и скорбей, страданий и горя.

«Всякий человек в этом мире, — говорил р. Нахман ученикам, — полон мук и несчастий; даже самые богатые и знатные люди преисполнены гнева и боли, поглощены заботами и беспокойством, унынием и печалью. У каждого — свои особые терзания. Даже тот, кто, казалось, имеет для наслаждения все: роскошь, огромные дворцы, красивую посуду, царские сокровища и драгоценности, — даже он, если приглядеться, снедаем болью по разным поводам и на всякий манер» Ликутей Моаран («Собрание поучений учителя рабби Нахмана») 2, 119.
.

В горькую и тонкую насмешку облачает р. Нахман учение о преобладании в мире горестей: «Все говорят, что есть мир сей и Мир грядущий; и в Грядущий мир веруем мы, что воистину он есть; может быть, и сей мир отыщется где‑нибудь — ибо этот мир, в котором мы пребываем, более похож на преисподнюю» Там же, 120. См. пояснение к этим словам: Р. Нахман из Черина (Чигирин). Парпараот ле‑хохма («Украшения мудрости»), 61а–б.
.

Весь мир, как он представляется нам, со страстями его и влечениями, с наслаждениями и удовольствиями, ужасом войн его и шумом побед, с трудом его и потом, — юдоль слез, горестей бескрайних и бесконечных.

Что проку во всех усовершенствованиях — если и поныне проливается кровь человеческая, словно вода, за каждый клочок земли и по каждому ничтожному поводу?

«Мудрецы‑то они великие, — говорил р. Нахман, — и в мудрости своей измышляют и исследуют, как создать оружие искусное, истребляющее тысячи в одно мгновение…» Хаей Моаран, 2, 546.

Но, помимо обычных страданий, есть также страдания духовные, стократ более сильные; и чем больше человек духом, тем сильнее страдания его и горше мучения.

Не уставал р. Нахман учить, что жизнь всякого истинно верующего — это «у того сердце весело, у того всегда пир» (Мишлей, 15:15), что хороша жизнь такого человека, ибо принимает он с любовью все, что бы его ни постигло, и надеется на благость Г‑спода благодетельного. И все же — о простых верующих всe это (какими и были ученики р. Нахмана). Но не о праведнике, не о цадике — в том смысле, какой вкладывал в это слово р. Нахман: знающем все и все понимающем, взором своим все объемлющем, всему сострадающем, блага всему желающем.

«Кто‑то страждет собственными страданиями, — говорил р. Нахман, — иной — страданиями соседей, иной — страданиями семьи или города своего; а кому‑то выпадает страдание целого мира» Ликутей Моаран 1, 170. Тема страданий «от кого‑то» в значении «вместо кого‑то», «по вине кого‑то», «за кого‑то» и даже «от рук кого‑то» восходит к гл. 53 книги пророка Йешаяу, где рассказывается о «страдающем служителе Г‑спода», и является одной из ключевых для теодицеи в иудаизме.
.

 

2

Помимо скорби вселенской, как сказали бы мы теперь, — «страданий целого мира», словами р. Нахмана, — всегда переполняющей сердце великого духом, есть и другая скорбь вселенская, еще более глубокая и еще более горькая.

Хочется человеку разрешить загадку жизни и мира, стремится он познать тайну Творения, смысл и цель его; жаждет он ясного ответа на вечные вопросы, мучительные и терзающие; ждет все более великих и чудных озарений; стремится он духовно расти, со ступени на ступень подниматься — и вот, всякий раз терпит поражение, впадает в ошибки грубейшие, в великие и малые грехи. Печаль овладевает сердцем его, когда видит он, что по‑прежнему стоит снаружи, что по‑прежнему сокрыто все от него и заперты врата засовами крепчайшими. Ничего не постиг он, так и остался лишь человеком из плоти и крови; по‑прежнему властны над ним естественные потребности и бурлят внутри него дурные мысли и недобрые побуждения.

Тогда мнится человеку веры, будто отталкивают его, будто указывают ему, что нежеланны на небесах добрые дела его, отвергнуто вожделение, которым взыскует он Г‑спода; будто столь тяжелы прегрешения его, что нет ему места под крылами Шхины, так что гонят его прочь из горних чертогов и не увидеть ему сокровищ Царя царей. И чем более велик человек, чем чувствительнее его естество, чем возвышеннее и шире внутренняя жизнь — тем больше гложет его бесконечная мука от ничтожности постигнутого перед постигаемым и от косности тела, не дающей ему узреть свет великий — свет горний.

Титульный лист первого и единственного издания поучений р. Нахмана из Брацлава «Ликутей Моаран», вышедшего при жизни автора. Острог. Типография Шмуэля бен Иссахара Бера. 1807

Таково мучение «меланхолии», о которой столь часто говорят р. Нахман и ученики его.

Р. Натан, ученик р. Нахмана, в письмах своих отчитывает сына Р. Ицхак Штернгарц.
, что позволяет тот меланхолии овладеть собою. Вновь и вновь увещевает его, доказывает, что нет причин впадать в уныние, что Святой, благословен Он, не требует невозможного, что основа всего — в радости; что все — благо и деяния Г‑спода милостивого — к лучшему. Но раз за разом получает он от сына ответные письма, полные горестных жалоб; и снова настаивает отец на своем — но снова жалуется сын Переписка эта напечатана отдельной книгой под названием «Алим ле‑труфа. Письма учителя нашего р. Натана сыновьям и ученикам…». — Примеч. авт. Первое изд.: Бердичев, 1897. Подробнее о книге и ее изданиях см.: Кениг, Натан‑Цви. Неве цадиким. Сипур тольдот хайяв шель р. Нахман ми‑Бреслав («Жилище праведных. История жизни р. Нахмана из Брацлава»). Бней‑Брак, 1968. С. 139–145; Асаф, Давид. Бреслав: библиография муэрет («Брацлав: аннотированная библиография»). Иерусалим, 2000. С. 68–69. См. также статью Аарона Цейтлина Реб Носон ин лихт фун зайне брифес («Р. Натан в свете его писем») // Цейтлин Гилель. Реб Нахман Браславер: дер зеер фун Подолие («Р. Нахман Брацлавский: провидец из Подолья»). Нью‑Йорк, 1952. С. 215–223. .

В сердце всякого, кто взыскует истины, глубоко коренится горькая эта тоска, «меланхолия»; у каждого — соразмерно величию духа. В сердцах учеников р. Нахмана вмещалась она в пределы известные и отмеренные: великая боязнь греха; страх нанести ущерб горним мирам; осознание, что долог еще путь к подлинному совершенству. Но намного более глубокая и беспредельная тоска коренилась в сердце самого р. Нахмана.

Ибо хоть и было сердце р. Нахмана полно святости и отрешенности от мира, хоть и наполняла его непорочная вера, жила в сердце его и тоска великая — тоска Фауста Исправление Аарона Цейтлина: «…жила великая — тоска человека высокой веры». См.: Цейтлин, А. На грани двух миров. С. 296 (ивр.).
.

 

3

Вывел я такой закон: если во все дни своей жизни противостоит человек с пылом и ожесточением некому учению ли, душевному ли свойству — истинно свидетельствует это о том, что у данного учения или свойства есть великая власть над сердцем этого человека. И все же если иное мнение или иное свойство входит в противоречие с первым, то побеждает его неизменно.

Все дни жизни своей сражался р. Нахман против стяжателей непостижимого. Среди всех проповедей его, бесед или поучений не найдется такой, что не была бы направлена против философов и свободного изыскания Свободное изыскание (свободное исследование, ивр. мехкар или хакира) — здесь: термин средневековой еврейской философии (соответствующий араб. istiqra), означающий индукцию и, шире, рациональное (философское) исследование как таковое в противоположность традиции.
. Изыскания философские — вот заклятый его враг.

Когда боремся мы с неким свойством, по сути своей нам противоположным и чуждым или знакомым совсем лишь немного, спокойны мы в борении, в строгом порядке выстроены наши речи; стремимся мы понять опровергаемое — чтобы иметь возможность с большим основанием его опровергнуть. То ли дело, когда опровергаемое весьма близко нам, и все же мы по тем или иным причинам сопротивляемся ему. Тогда боремся мы с ним в ярости великой и с ожесточением, ни с чем не сравнимым. Это себя хотим мы одолеть, в себе самих что‑то подавить, не выпустив на свободу. Голос звучит в глубинах нашей души — и всеми силами стараемся мы заглушить его; ощущаем всем существом величие и красоту — и все же находится у нас причина ополчиться с ожесточением на величие это и красоту несмотря ни на что. Тогда собираем мы последние силы, поднимаем все в душе нашей, что только способно к борьбе, — и с яростным ожесточением вступаем в бой.

Вот какова была борьба р. Нахмана с философскими изысканиями и свободным исследованием! Здесь и далее Аарон Цейтлин изымает из текста слово «свободный» применительно к «исследованию» // На грани двух миров. С. 297.

Однажды, когда сказал сын р. Пинхаса из Кореца Р. Пинхас Шапира из Кореца (1726, Шклов — 1791, Шепетовка) — выдающийся хасидский учитель, близкий друг и ученик Бешта, один из потенциальных лидеров движения после смерти его основателя. Родоначальник ряда хасидских династий, в том числе печатников Шапира из Славуты.
, что одолжил кому‑то почитать «Море невухим» «Море невухим» («Путеводитель растерянных», в оригинале по‑арабски Далалат аль‑хаирин) — главный философский трактат р. Моше бен Маймона. Написан по‑арабски в конце XII века; впервые переведен на иврит Шмуэлем Ибн‑Тибоном при жизни Маймонида. Посвященный отношению между интеллектуальным постижением и религиозной традицией, трактат затрагивает темы пророчества, критики антропоморфизма в восприятии Б‑жества, библейского языка, государства и др. Исследователи находят в нем также элементы мистического учения. «Путеводитель растерянных» оказал сильнейшее влияние на развитие еврейской философской мысли и был популярен также среди европейских интеллектуалов. Пер. на рус. яз. первой части «Путеводителя растерянных» см.: Моше бен Маймон. Путеводитель растерянных / Пер. и коммент. М. Шнейдера. М., 2000.
, разгневался отец его и воскликнул: «Когда есть в доме книги Рамбама Маймонид (Моше бен Маймон, Рамбам; 1135–1204) — крупнейший раввинистический авторитет, кодификатор алахи, философ, ученый и врач; самый прославленный ученый постталмудической эпохи. Автор алахического кодекса «Мишне Тора» («Кодекс Маймонида»), философского трактата «Море невухим» («Путеводитель растерянных») и др. Во многом определил дальнейшее развитие философской и алахической мысли.
, наполняют они сердца людей страхом Г‑сподним» Р. Пинхас из Кореца. Мидраш Пинхас («Толкование Пинхаса»), 47. — Примеч. авт.
. Насколько же понял р. Пинхас Рамбама и его книгу!

Иного мнения был р. Нахман: строго‑настрого запретил он книги изыскателей, в особенности же Ибн‑Эзру Р. Авраам Ибн‑Эзра (1089, Тудела — 1164, Калаорра) — выдающийся философ, экзегет, лингвист и астроном; его комментарий к Пятикнижию и другим библейским книгам, основанный на поиске «простого смысла» и естественно‑научного содержания Писания, получил широкую известность в Средние века и оказал влияние на позднейшую экзегетику.
, и Ральбага Р. Леви бен Гершом (Герсонид, Ральбаг, 1288–1344) — крупнейший еврейский философ XIV века, живший в Южной Франции, автор трактата «Мильхамот а‑Шем» («Войны Г‑спода»; рус. пер.: Леви бен Гершом. Войны Г‑спода. Кн. I–IV. М., 2015), испытавший влияние схоластической философии; кроме того, астролог, математик и экзегет.
, и комментарий «Маргалиот а‑това» «Маргалиот а‑това» («Прекрасная жемчужина») — суперкомментарий к комментарию р. Авраама Ибн‑Эзры на Пятикнижие, вышедший в Амстердаме в 1721 году. Издание включало естественно‑научные и филологические толкования авторов XIV века, звучавшие актуально в контексте Хаскалы: «Мекор хаим» («Источник жизни») р. Шмуэля Царца Сфаради, Огель Йосеф («Шатер Йосефа») р. Йосефа Сфаради и «Мегилат старим» («Свиток тайн») р. Шмуэля Мотота. «Исследовательский» (философский) характер издания настолько раздражал брацлавские круги, что Хаей Моаран называет книгу «Маргалиот а‑раа» («Дурная жемчужина»).
на Ибн‑Эзру См.: Хаей Моаран, 410. Об отрицательном отношении р. Нахмана к исследованиям см.: Хаей Моаран, 407–425; Сихот Моаран («Беседы р. Нахмана»), 216–226. О «Море невухим» см.: Хаей Моаран, 408: «А в книге “Путеводитель растерянных” — да простит ему Г‑сподь все, что он там исказил ни на что не похожим образом <…> — каждый, кто заглянет в книгу, увидит собственными глазами, что его слова противоречат и Торе, и словам учителя нашего». О сложном соотношении разума, сомнений и веры в учении р. Нахмана см.: Грин А. Страдающий наставник. М.; Иерусалим, 2007. С. 345–406.
.

Верно, знал он эти книги и понимал их — слишком хорошо понимал.

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

Основные направления в учении хасидизма

Если приключится вдруг такое с человеком, что пал он и одолели его, упаси Г‑сподь, дурные качества, особенно же если овладела им, упаси Г‑сподь, страсть любовная, — пусть знает, что желают вознести его, со всем, что сокрыто в душе его, на более высокую ступень. И желают отворить сердце его для любви Г‑сподней, дабы удостоился он “дарования Торы свыше”.

Основные направления в учении хасидизма

Куда бы ни обратил человек взор свой — зрит он только Шхину, стоящую перед ним. И нужно человеку так обострить зрение, чтобы не видеть вовсе одеяний внешних. То есть столь привычна должна сделаться человеку мысль о Б‑жественном, что Б‑жественное предстанет ему не абстрактной идеей в отвлеченном рассуждении, но въяве и вживе

Основные направления в учении хасидизма

И поскольку «ничто» — самая суть Творения и духовная сердцевина его, именно оно, «ничто», и является подлинным «нечто», истинным существованием, основой всего бытия; а то, что называем мы «нечто», то есть вся несокрытая, ощущаемая, видимая плотским зрением и постигаемая человеческим рассудком реальность, — все это лишь обман чувств и игра воображения, давнее заблуждение, которое нужно осознать и упразднить, сбросив с себя его ярмо...