Царица на день

Адам Кирш 8 августа 2018
Поделиться

Материал любезно предоставлен Tablet

Американский поэт и литературный критик Адам Кирш продолжает читать даф йоми — лист Талмуда каждый день — и делится размышлениями о прочитанном. В этом эссе речь пойдет о том, что мудрецы не только рассуждали о дне отдыха, но и отмечали его. А также бонус: Талмуд на айпаде и в переводе.

Немало слов в еврейской литургии и фольклоре посвящены красоте субботы, которую традиционно именуют царицей. Мне всегда нравился романтический гимн встречи «невесты» — «Леха доди». Но пока что в трактате «Шабат» я не заметил выражения подобных чувств, ведь задача Талмуда не в том, чтобы восхвалять субботу, а в том, чтобы устанавливать законы и правила, объяснять принципы, согласно которым можно или нельзя носить и переносить, строить и вязать узлы. И вот наконец во фрагменте, который читают на этой неделе, Талмуд уделяет внимание и духу субботы, подтверждая тем самым, что мудрецы, которые столь тщательно разрабатывали законы этого дня, также и отмечали его с большой любовью.

Прославление субботы, естественно, появляется в контексте очередной алахической дискуссии об очередном субботнем законе. Какого типа предметы можно спасать от огня в шабат? Это главная тема главы 16, вытекающая из подразумеваемого, но нигде прямо не проговариваемого запрета на тушение пожара в шабат — ведь это одна из 39 запрещенных работ, мелахот. Предположительно, закон делает исключение для спасения человеческой жизни, которая всегда остается главной ценностью для мудрецов Талмуда, но прямо об этом не говорится. Вместо этого 16‑я глава начинается с обсуждения мишны, посвященной теме не менее важной, чем спасение жизни: дозволяется ли тушить огонь, дабы спасти «священные книги»?

Мишна утверждает, что дозволяется и что сюда входят даже переводы священных книг на другие языки. Помимо Торы и Пророков сюда также входят Писания, Ктувим. Хотя они и уступают в святости Торе и Пророкам, их все же можно спасать от огня в шабат. Гемара продолжает обсуждать статус священных книг, оговаривая, какие чернила можно использовать для написания свитков Торы (только черные — никаких красных или желтых, из сернистого мышьяка), и устанавливая, какого объема текст должен появиться на пергаменте, чтобы тот считался священным (85 букв вне зависимости от пробелов между словами; ориентир здесь — Чис., 10:35–36, фрагмент, который обычно в свитках Торы помещен в скобки и который ряд мудрецов считают вообще отдельной книгой).

Далее мудрецы переходят к более мирским предметам. Если пожар разразится там, где хранят продукты, разрешено спасти лишь столько продуктов, сколько требуется для трех субботних трапез. Мудрецы расходятся во мнениях по вопросу о том, что делать, если некоторые из субботних трапез уже прошли. Так, если пожар случится в субботу после обеда и вам остался лишь ужин, третья трапеза, имеете ли вы право спасти продукты лишь для одной трапезы или все равно для трех? Все согласны в том, что нужно спасать лишь минимум, и все же рабби Йосе полагает, что и днем в субботу можно вытащить из огня продукты на три приема пищи. Необходимость нормировать количество продуктов, подлежащих спасению, вызвана стремлением удержать людей от естественного импульса остановить огонь, а то и просто потушить его. Мудрецы признают, что это самое естественное для человека поведение: «Рава сказал: поскольку человек тревожится за свою собственность, если вы позволите ему больше действий, он просто потушит огонь».

И вот эта дискуссия о количестве трапез в субботу и приводит — на листе 118а — к серии высказываний мудрецов о том, как следует праздновать субботу. Согласно Бар‑Капаре, «каждый, кто исполняет заповедь вкушать три трапезы в день субботний, избавлен от трех кар: от родовых мук Мессии, от суда Геенны и от войны Гога и Магога». Согласно рабби Йосе, «каждому, кто радуется субботе, Б‑г дает долю безграничную». Рав Нахман бар Ицхак говорит: «Каждый, кто радуется субботе, спасется от притеснений в изгнании». А Шимон бен Йохай делает своего рода пророчество: «Если бы только еврейский народ провел две субботы в соответствии с законом, он бы тут же удостоился избавления». Здесь мы видим сразу и прекрасное славословие субботе, которая становится предтечей мессианской эры, и меланхолическое осуждение евреев, неспособных сделать такую простую вещь — правильно соблюдать субботу.

Далее Гемара описывает, как разные великие мудрецы отмечали шабат. Рабби Ханина выходил в сумерках «встречать царицу субботу»; Раба бар рав Нахман и рабби Аба готовил изысканные яства для своих гостей; рабби Абау садился на стул из слоновой кости. Как мы уже видели на предыдущих примерах, мудрецы были не только учеными мужами, но и лидерами своих общин, облеченными патриархальным достоинством, а многие из наиболее известных мудрецов были также очень богаты. Поэтому особенно необычно, что они опускались до ручного труда, дабы подготовиться к субботе: рав Сафра готовил, Рава колол дрова, рав Гуна зажигал лампы. Это смирение было способом подчеркнуть высокий статус их гостя — царицы‑субботы: «Если рабби Ами и рабби Аси соберутся навестить меня, — сказал Нахман бар Ицхак, — не взвалю ли я груз на плечи перед их приходом?» Тем более он должен быть готов носить тяжести, дабы подготовиться к субботе.

Затем мудрецы рассказывают историю о человеке по имени Йосеф, который настолько почитал субботу, что его так и звали: «Йосеф, чтящий субботу». Однажды один нееврей плыл через реку и выронил в воду ценную жемчужину. Жемчужину проглотила рыба, а рыбу поймал рыбак и купил Йосеф, который всегда стремился приготовить лучшую еду на субботу. Разделывая рыбу, он нашел жемчужину и продал ее за тринадцать кувшинов с золотыми монетами. Это разновидность классического фольклорного сюжета о рыбе, проглотившей жемчужину, который встречается практически в каждой культуре. Примечательно, что в еврейской версии этот сюжет превращается в притчу о награде за почитание субботы.

Пожалуй, лучшее свойство субботы в том, что она принадлежит евреям и сильные мира сего не могут ее у них отнять. В другой истории, которая знаменательна своим очевидным неправдоподобием, рассказывается, как Цезарь — то есть римский император, под властью которого находились евреи Палестины, — спросил рабби Йеошуа бен Хананью, почему блюда, которые евреи готовят на шабат, так вкусно пахнут. «У нас есть особенная приправа, она называется укроп, — объяснил рабби Йеошуа. — Мы добавляем ее в готовые блюда, и ее запах вы чувствуете». Император, разумеется, повелел принести ему эту приправу. Но последнее слово осталось за рабби Йеошуа: «Эта приправа действует лишь для тех, кто соблюдает субботу, — сказал он. — А для тех, кто не соблюдает субботу, она не действует». Римский император мог достать что угодно в мире, римский император мог разрушить Храм и изгнать евреев, но прочувствовать радость субботы, как ее чувствуют мудрецы, Цезарь не мог.

 

И под конец пара слов о способе чтения Талмуда. На этой неделе я попробовал кое‑что новое. До сих пор я читал Талмуд в издании Шотенштайна, вышедшем в издательстве «Artscroll», через приложение на своем айпаде. Я уже привык к этому ультрасовременному способу чтения древнего текста, и некоторые возможности Цифровой библиотеки Artscroll представляются мне особенно полезными: мне нравится, что я могу листать текст и соответствующие примечания всплывают внизу экрана, мне удобно переходить со страницы на страницу с помощью выпадающего меню. И наконец, держать в руках легкий айпад куда удобнее, чем огромные печатные тома Талмуда.

Что касается самого текста, я привык к тому, как в издании Шотенштайна ивритский и арамейский оригинал перемежается с английским переводом, фраза за фразой. Это дает мне возможность узнавать некоторые ключевые выражения и некоторую лексику оригинала и напоминает, что английский текст — это все‑таки всего лишь перевод, эрзац. И мне кажется, что в издании Шотенштайна найдено идеальное соотношение прямого перевода, который дается жирным шрифтом, пересказа и дополнений, которые даются в основном тексте прямым нежирным шрифтом, и более подробными пояснениями и перекрестными ссылками, которые даются в сносках.

На этой неделе я взялся за более новый перевод Талмуда, но на более старом носителе. Это печатное издание «Koren Talmud Bavli». Я тут же почувствовал, как я соскучился по бумажной книге, по печатным страницам. А это удивительно красивая книга, с четким шрифтом, достаточным белым пространством на странице и цветными иллюстрациями в сносках. (К примеру, когда Гемара упоминает укроп в истории с Цезарем, в этом издании дается рисунок этого растения. Не то чтобы это было необходимо, но это добавляет удовольствия чтению.) Здесь тоже прямой перевод дается жирным шрифтом, а пересказ и дополнения — прямым нежирным. Пока что мне кажется, что здесь пересказа больше, чем в Шотенштайне, то есть больше объяснений включены прямо в текст, а примечаний, соответственно, меньше. Комментарий, написанный великим ученым Адином Штейнзальцем, менее подробен, чем комментарий в Шотейншайтне, но более ясный и дельный.

И наконец, в «Koren Talmud Bavli» английский, идущий по центру страницы, отделен от иврита и арамейского, которые идут параллельными колонками по краям. Это разделение, а также разбивка английского текста на абзацы позволяют читать с большей легкостью (впрочем, и с большей легкостью забывать о существовании арамейского оригинала). В целом это издание представляется мне более открытым, более доступным, и поэтому я отчасти не доверяю ему, ведь я привык видеть и уважать в Талмуде его непонятность. Но мне нравится читать это издание все равно, и в будущем я собираюсь читать оба издания параллельно. 

Оригинальная публикация: QUEEN FOR A DAY

Поделиться

Сломанное и починенное

Взгляды мудрецов на то, что мы бы назвали эмоциональной вспышкой, четко прописаны в следующей барайте: «Если кто рвет одежду свою в гневе своем, бьет утварь свою в гневе своем, разбрасывает деньги в гневе своем, это подобно совершению идолопоклонства». Мудрецы осуждают бурные реакции и склоняются к своего рода стоицизму; их внимание к сохранению достоинства и самоконтролю имеет явственно римский оттенок. Однако дальше они дают однозначно еврейское объяснение тому, зачем нужно сохранять достоинство.

Почему шабат — это наше все?

В трактате «Шабат» мудрецов заботит лишь неумышленное нарушение субботы, за которое раввинистический закон налагает искупительную жертву — хатас. Таким образом выходит, будто в талмудическую эпоху намеренное нарушение субботы просто не встречалось среди евреев. Мудрецы Талмуда не могли себе представить еврейскую общину, подавляющее большинство которой попросту игнорировало бы законы шабата, как это делает, к примеру, современное американское еврейство.

Сила воображения

Тщательно разбирая текст, мудрецы обнаружили любопытную деталь: Моисей был поражен проказой не в тот момент, когда положил руку на грудь, а секундой позже, когда вытащил ее из складок плаща, но при этом излечен он был в тот момент, когда вновь прикоснулся к груди. То есть исцеление произошло быстрее, чем кара. Таким образом мы видим, что Г‑сподь благословляет быстрее и, можно предположить, с большим для Себя удовлетворением, нежели проклинает.