University of Сambridge: Древнейший фрагмент «Гексаплы» Оригена: T‑S 12.182

Бенджамин Кантор. Перевод с английского Любови Черниной 7 июня 2019
Поделиться
Рис. 1

В середине III века н. э. в Кейсарии один из отцов церкви, видный библеист Ориген, составил «Гексаплу» (ἑξαπλᾶ, «ушестеренная») — свое название этот текст получил благодаря формату в шесть параллельных столбцов. Возможно, это была первая параллельная редакция Библии. В первом столбце содержался ивритский текст ивритскими буквами, во втором — ивритский текст греческими буквами (т. е. транскрипция), в третьем — греческий перевод Акилы, в четвертом — греческий перевод Симмаха, в пятом — версия Септуагинты (LXX), а в шестом — греческий перевод Феодотиона. Оригинал, видимо, выглядел как‑то так: см. рис. 1

Ученые спорили о том, был ли в действительности первый столбец (ивритский текст ивритскими буквами) частью «Гексаплы», поскольку ни в одной из сохранившихся рукописей следов этого столбца не обнаружилось. Единственное свидетельство его существования — античные описания «Гексаплы». Однако на основании точных измерений и пропорций фрагмента из Генизы (T‑S 12.182) удалось убедительно доказать, что в этом палимпсесте первоначально действительно содержался столбец на иврите (см. ниже).

Высказывались различные соображения о причине составления «Гексаплы» и целях, которые при этом преследовались. Некоторые полагают, что первоначальной целью была критика текста, то есть стремление установить наиболее достоверную версию Септуагинты. Другие считают, что Оригеном руководили апологетические соображения. Когда христиане спорили с евреями о мессианских пророчествах, содержавшихся в Ветхом Завете, они обнаруживали, что греческий текст Библии не всегда точно соответствует еврейскому тексту. В этом случае «Гексапла» должна была предупредить христианских ученых о различиях между греческой и еврейской версиями, чтобы они обладали необходимой информацией и были бы готовы к дебатам. Третьи утверждают, что «Гексапла» изначально предназначалась для того, чтобы помочь христианским ученым в овладении ивритом. Сравнивая первый и второй столбцы с различными вариантами по‑гречески, они якобы могли постепенно освоить древнееврейский язык. Сторонники этой позиции ссылаются на двуязычные греко‑латинские тексты, написанные в два столбца, которые использовались по всей Римской империи для обучения грекоязычных учащихся латыни, а латиноязычных — греческому. Более близкой может быть параллель с греко‑вавилонскими учебными текстами из Месопотамии, которые датируются примерно тем же периодом. В них с одной стороны таблички написаны аккадские клинописные тексты, а с другой — их греческая транскрипция. Однако есть причины сомневаться в том, что «Гексапла» использовалась для обучения языку.

Итак, вероятнее всего, причиной составления «Гексаплы» Оригеном в III веке н. э. послужил целый ряд факторов. Однако какими бы мотивами он ни руководствовался, их смысл стал понятнее ученым в последние годы. Вероятно, как указывает Джентри, Ориген собрал «Гексаплу» (синопсис) в качестве своего рода подготовительного этапа в ходе работы над «Тетраплой» — снабженной многочисленными примечаниями рецензии (ἔκδοσις) на текст Септуагинты, в которой описывались интерполяции, пропуски и несоответствия между Септуагинтой, ивритским текстом и другими греческими переводами. Оба этих сочинения, «Гексапла» и «Тетрапла», хранились в Кейсарийской библиотеке после смерти Оригена в 254 году. Работу над «Тетраплой» продолжили в следующем столетии Памфил и Евсевий Peter Gentry. Forthcoming. Origen’s Hexapla // The Oxford Handbook of the Septuagint. Edited by A. Salvesen and T.M. Law. Oxford: Oxford University Press.
.

Ориген Адамант.

Хотя «Гексапла» с самого начала представляла собой огромный труд, десятки кодексов на библиотечной полке, она, похоже, была утрачена или уничтожена где‑то между IV и VII столетиями. В результате этой трагической для греческой библейской критики утраты все, что осталось от «Гексаплы» и/или «Тетраплы», — это рассеянные по множеству источников осколки. В сочинениях отцов церкви рассеяны тысячи цитат из «Гексаплы» / «Тетраплы». На полях рукописей Септуагинты также часто можно найти схолии, в которых упоминаются варианты того или иного слова или фразы в разных столбцах «Гексаплы». «Сиро‑Гексапла», позднеантичный сирийский вариант «Тетраплы», содержит самое пространное и самое существенное свидетельство о древнем тексте, пусть даже и в переводе.

До нашего времени сохранилось всего четыре или пять рукописей, которые можно считать содержащими «непосредственно» «Гексаплу». Я использую слово «непосредственный» в самом широком смысле, имея в виду тексты, сохраняющие первоначальный формат «Гексаплы» в виде столбцов.

Это, наконец, приводит нас к нашему фрагменту — T‑S 12.182. Этот палимпсест XI–XVII веков представляет собой самый ранний сохранившийся на сегодняшний день текст «Гексаплы». Он содержит часть псалма 22 (стихи 15–18 и 20–28). Мы мало что знаем об истории этого текста, но, по‑видимому, речь идет о ранней копии «Гексаплы» (или «Псалтири Гексаплы»), имевшей хождение в христианских кругах Палестины и/или Египта во второй половине первого тысячелетия. В конце концов она оказалась в Египте — до того или после того, как в Х веке поверх нее было записано литургическое стихотворение Янная на иврите. Если утрата или разрушение «Гексаплы» относятся к концу вышеуказанного периода (IV–VII века), то не исключено (хотя и маловероятно), что наш фрагмент был переписан с оригинала или с копии, близкой к оригиналу. Некоторые исследователи предположили даже, что «Гексапла» была уничтожена только при исламском завоевании (638 год н. э.).

В отношении анализа первоначального формата «Гексаплы» это самый важный из имеющихся в нашем распоряжении источников. Хотя сохранились только фрагменты столбцов II (иврит греческими буквами), III (Акила), IV (Симмах) и V (Септуагинта), пропорции и размер фрагмента, по мнению Дженкинса, доказывают, что первоначально в палимпсесте содержались и столбец I (иврит ивритскими буквами), и столбец VI (Феодотион). Частично это подтверждается тем фактом, что до сих пор виден первоначальный сгиб, отмечающий центр кодекса R. G. Jenkins. The First Column of the Hexapla: The Evidence of the Milan Codex (Rahlfs 1098) and the Cairo Genizah Fragment (Rahlfs 2005) // Origen’s Hexapla and Fragments: Papers Presented at the Rich Seminar on the Hexapla, Oxford Centre for Hebrew and Jewish Studies,
25th July–3rd August 1994. Edited by Alison Salvesen; Tübingen: Mohr Siebeck, 1998. Р. 88–102.
. Как уже говорилось выше, изначально кодекс, выглядел, видимо, так: см. рис. 1, 2.

При подготовке к вторичному использованию и переписыванию стихотворения Янная в Х веке пергамент был с одной стороны обрезан (лист А лицевая сторона и лист Б оборотная сторона), так что остались только столбец III, столбец IV и частично столбец V (см. рис. 3).

С обратной стороны (лист Б лицевая сторона и лист А обратная сторона) остались только части правого края столбца II, столбец III и столбец IV (см. рис. 4).

Рис. 2
Рис. 3
Рис. 4

Оборотная сторона палимпсеста особенно важна, потому что на ней сохранилась часть второго столбца, который хуже всего представлен во всех существующих рукописях, где хоть как‑то сохранилась «Гексапла». Хотя из каждой строки осталось всего несколько букв, измеряя среднюю ширину каждой буквы в почерке писца и определив своего рода «линию отступа» с левого края столбца, исходя из слова, в реконструкции которого мы более или менее уверены, можно предварительно реконструировать остаток столбца (Пс., 22:25‑18; в скобках приведено написание в масоретской традиции: см. рис. 5).

 

Подробное изложение обоснования каждого из этих изменений будет представлено в моем готовящемся критическом издании второго столбца «Гексаплы» Benjamin Kantor. Forthcoming. τὸ ἑβραϊκόν | TO HEBRAIKON: A Critical Edition of the Second Column (Secunda) of Origen’s Hexapla.
. Даже в весьма фрагментированных остатках второго столбца мы можем заметить несколько интересных лингвистических характеристик. Например, суффикс 2MSG заканчивается на согласную (‑αχ), а не на гласную, как в масоретском тексте (ךָ). У этого варианта, разумеется, есть параллели в раввинистическом иврите и в других античных транскрипциях. Также окончание инфинитива וּֽבְשַׁוְּע֖וֹ транскрибируется как ‑αυεω — это дает основания предположить, что греческое написание часто требовало добавления гласной (в данном случае ε) либо чтобы сохранить слоговую структуру, либо чтобы точнее всего передать гортанный звук /ʕ/ (обратите внимание, что во втором столбце шва в данной позиции обычно непроизносимая).

Таким образом, трудно переоценить значение этой рукописи для изучения композиционной структуры «Гексаплы». Хотя ученые уже более столетия знают о ее существовании, она до сегодняшнего дня продолжает дарить новые открытия. 

 

Рис. 5

Библиография

Gentry, Peter. Forthcoming. Origen’s Hexapla. In The Oxford Handbook of the Septuagint. Edited by A. Salvesen and T.M. Law. Oxford: Oxford University Press.

Jenkins, R. G. 1998. The First Column of the Hexapla: The Evidence of the Milan Codex (Rahlfs 1098) and the Cairo Genizah Fragment (Rahlfs 2005). In Origen’s Hexapla and Fragments: Papers Presented at the Rich Seminar on the Hexapla, Oxford Centre for Hebrew and Jewish Studies, 25th July–3rd August 1994. Edited by Alison Salvesen. Tübingen: Mohr Siebeck. P. 88–102.

Kantor, Benjamin. Forthcoming. τὸ ἑβραϊκόν | TO HEBRAIKON: A Critical Edition of the Second Column (Secunda) of Origen’s Hexapla.

Sokoloff, Michael and Joseph Yahalom. 1978. Christian palimpsests from the Cairo Genizah. Revue d’Histoire des Textes 8:109‑32.

Taylor, Charles. Hebrew‑Greek Cairo Genizah palimpsests from the Taylor‑Schechter collection. Cambridge, 1900.

Оригинальная публикация: The Oldest Fragment of Origen’s Hexapla: T‑S 12.182

КОММЕНТАРИИ
Поделиться

University of Cambridge: Первые владельцы Ленинградского кодекса: T‑S 10J30.7

Роль Библии в караимской традиции была такова, что мы, несомненно, можем предположить, что эта община хотя бы отчасти несет ответственность за изготовление в X‑XI веках таких замечательных рукописей, как Ленинградский кодекс, не говоря уже о возможном участии караимов в деятельности масоретов в Тверии. Караимы представляли собой важную социальную, экономическую и политическую силу в Египте и существенную интеллектуальную силу в Земле Израиля, и это позволяло им заказывать тексты такого качества и ценности, а возможно, и требовало от них этого.

University of Cambridge: Шмуэль бен Яаков: Ленинградский кодекс В19а и T‑S 10J5.15

Знаменитый Ленинградский кодекс не происходит из Каирской генизы. Невероятно изящная и снабженная позолоченными ковровыми страницами рукопись прошла через руки множества владельцев, прежде чем привлекла внимание выдающегося собирателя Авраама Фирковича. Насколько нам известно, эту рукопись никогда не сдавали в хранилище Генизы и бережно хранили целую тысячу лет.

In Geveb: Прогулки по литературным тропам Хабада: От «Ликутей Тора» до Хаима Гравицера

В жизни и литературном творчестве Фишла Шнеерсона и Авраама Шлёнского и в переводе «Хаима Гравицера» с идиша на иврит продолжается парадоксальный диалог между традицией и современностью, между мятежным духом хасидизма и ограничениями его религиозных законов. Этот парадокс был свойственен Хабаду с самого начала, и его изучение, как мы увидели, было целью и путешествия Гравицера. Современные посланники Хабада, шлухим, отличаются от всех прочих еврейских активистов тем, что для них равно большое значение имеет трансцендентный дух каждого человека и ограничения алахического ритуала.