День третий

Хукат

Каждый день мы учим отрывок из недельной главы Торы, соответствующий этому дню, с комментариями, содержащими в себе самые ценные и глубокие объяснения смысла Письменной Торы
НЕДЕЛЬНЫЕ ГЛАВЫ ТОРЫ

Глава 20

  1. Господь сказал Моше:
    וַיְדַבֵּ֥ר יְהֹוָ֖ה אֶל־משֶׁ֥ה לֵּאמֹֽר
  2. “Возьми посох и, вместе с твоим братом Аѓароном, созови общину. На глазах у всех велите скале, чтобы она дала воду. Ты добудешь для них воду из этой скалы и напоишь общину и скот”.
    קַ֣ח אֶת־הַמַּטֶּ֗ה וְהַקְהֵ֤ל אֶת־הָֽעֵדָה֙ אַתָּה֙ וְאַֽהֲרֹ֣ן אָחִ֔יךָ וְדִבַּרְתֶּ֧ם אֶל־הַסֶּ֛לַע לְעֵֽינֵיהֶ֖ם וְנָתַ֣ן מֵימָ֑יו וְהֽוֹצֵאתָ֙ לָהֶ֥ם מַ֨יִם֙ מִן־הַסֶּ֔לַע וְהִשְׁקִיתָ֥ אֶת־ הָֽעֵדָ֖ה וְאֶת־בְּעִירָֽם
    Раши

    «возьми посох и созови общину, ты и твой брат аѓарон, и у них на глазах скажите скале, чтобы она дала воду; и извлечешь ты для них воду из скалы, и напоишь общину и их скот».

    ואת בעירם «…и их скот». – смерть от жажды грозила не только людям, но и скоту, и святой, благословен он, позаботился обо всех. отсюда [мы заключаем], что он щадит имущество сынов израиля  менаxoт, 76б; танхума, разд. хукат, 9; ваикра раба, 10; бемидбар раба, 19. .

  3. Моше, как и было ему велено, взял посох, [лежавший] пред Господом.
    וַיִּקַּ֥ח משֶׁ֛ה אֶת־ הַמַּטֶּ֖ה מִלִּפְנֵ֣י יְהֹוָ֑ה כַּֽאֲשֶׁ֖ר צִוָּֽהוּ
  4. [Затем] Моше и Аѓарон собрали общину перед скалой. “Слушайте же вы, бунтари! — сказал им [Моше]. — [Хотите,] мы добудем для вас воду из этой скалы?”
    וַיַּקְהִ֜לוּ משֶׁ֧ה וְאַֽהֲרֹ֛ן אֶת־הַקָּהָ֖ל אֶל־פְּנֵ֣י הַסָּ֑לַע וַיֹּ֣אמֶר לָהֶ֗ם שִׁמְעוּ־נָא֙ הַמֹּרִ֔ים הֲמִן־הַסֶּ֣לַע הַזֶּ֔ה נוֹצִ֥יא לָכֶ֖ם מָֽיִם
    Раши

    и собрали моше и аѓарон общество к скале, и сказали им: «слушайте же, бунтари! из этой ли скалы нам извлечь для вас воду?!»

    ויקהלו и собрали… – это одно из мест, где великое [множество народа] уместилось на малом [пространстве]  ваикра раба, 10:9; танхума, разд. хукат, 9. .

     миллионы людей собрались у одной скалы. подобное мы уже встречали выше: «и собери всю общину ко входу шатра собрания»  ваикра, 8:3. .

    המן הסלע הזה נוציא «из этой ли скалы нам извлечь…» – [сыны израиля] не узнали ее, [эту скалу, что была над колодцем мирьям], потому что, когда скрылся колодец, скала ушла и стала среди других скал. и говорили сыны израиля: «какая разница, из какой скалы вы нам добудете воду?!» потому и назвал их моше מורים морим – «бунтари», несговорчивые, [как ממרים мамрим]. по-[древнегречески] слово морим означает «дураки»  слово μωρόσ сходно с еврейским מורים – «бунтовщики». .

    другое толкование: מורים את מוריהם морим эт морейѓем – «поучающие своих учителей». из этой ли скалы, о которой нам не было [дано

    никакого] повеления [всевышнего], мы извлечем для вас воду?!  танхума, разд. хукат, 9; бемидбар раба, 19.

     чтобы понять правильно стих и комментарий раши к нему, следует знать, каким образом сыны израиля получали воду в течение всех сорока лет в пустыне. из скалы, которая чудесным образом всегда оказывалась рядом со станом израиля, где бы его ни разбивали в пустыне, бил источник, наполнявший маленькое озерцо у ее подножия. скала следовала за станом, поднимаясь на горы и опускаясь в низины. она всегда находилась там, где оказывался двор святилища, напротив входа в шатер собрания. каналы, выведенные из колодца, окружали стан каждого из колен; для того чтобы перейти из стана в стан, пользовались лодкой. со смертью мирьям вода в скале высохла, а сама скала стала неотличимой от других камней в пустыне синай  тосефта, разд. сукка, 3:3; бемидбар раба, 1, 19; танхума яшан, разд. хукат; раши к теѓилим, 78:16. .

  5. Моше поднял руку с посохом и дважды ударил по скале. [Из расщелины] обильно полилась вода, так что напилась [вся] община и скот.
    וַיָּ֨רֶם משֶׁ֜ה אֶת־יָד֗וֹ וַיַּ֧ךְ אֶת־הַסֶּ֛לַע בְּמַטֵּ֖הוּ פַּֽעֲמָ֑יִם וַיֵּֽצְאוּ֙ מַ֣יִם רַבִּ֔ים וַתֵּ֥שְׁתְּ הָֽעֵדָ֖ה וּבְעִירָֽם
    Раши

    и поднял моше руку, и дважды ударил своим посохом по скале, и потекло много воды, и пила община и их скот.

    פעמים …дважды… – первый [удар] извлек несколько капель. ведь всевышний не велел ему бить [по скале в этот раз  см. ниже. ], но сказал «скажите скале»  см. бемидбар, 20:8. , [чтобы дала воду]. они [моше и аѓарон] говорили скале, [чтобы она дала воду], но другой, и та не дала [воду]. тогда они подумали: «может быть, все же надо ударить, как когда-то, как сказано: «…и ты ударишь в скалу…»?  шмот, 17:6. и тут подвернулась им та самая скала, [из которой текли воды в дни мирьям], и они ударили по ней  танхума, разд. хукат, 9. .

     итак, последовательность событий, согласно мидрашу, была такой. сначала моше и аѓарон ударили по скале, вместо того чтобы – как приказывал всевышний – обратиться к ней со словами. она дала «остаточные» капли. тогда они решили выполнить приказание всевышнего точно, но перепутали скалу, и обращение к обычной скале, разумеется, результатов не дало. после этого решили поменять и скалу, и метод и снова ударили по другой скале – на этот раз правильной. скала и в этот раз не

    должна была дать воду, но всевышний решил, что, если не появится вода, авторитет моше и аѓарона как руководителей будет безнадежно погублен. он исторг из скалы воду.

    но это было совсем не то, чего он добивался. на сороковой год странствий по пустыне поколение, поверившее разведчикам – поколение исхода, – уже вымерло. сейчас перед моше было молодое поколение, которое не сегодня-завтра должно было войти в страну кнаан. там евреи должны были разойтись по своим наделам, единый еврейский лагерь должен был распасться, единое руководство – исчезнуть, и каждому предстояло отвечать за себя. в этой обстановке народом уже нельзя было управлять с помощью наказаний, как в пустыне. евреев нужно было не вести, а призывать, не бить, а убеждать. этому и пытался всевышний научить моше: не бей скалу, просто скажи ей – и она даст воду! на этом примере евреи должны были научиться слушаться не казней, а слов. об этом и говорит следующий комментарий раши.

  6. Господь сказал Моше и Аѓарону: “За то, что вы Мне не поверили, не явили Мою святость на глазах у сынов Израиля, вам не суждено ввести эту общину в страну, которую Я им отдаю!”
    וַיֹּ֣אמֶר יְהֹוָה֘ אֶל־משֶׁ֣ה וְאֶל־אַֽהֲרֹן֒ יַ֚עַן לֹא־הֶֽאֱמַנְתֶּ֣ם בִּ֔י לְהַ֨קְדִּישֵׁ֔נִי לְעֵינֵ֖י בְּנֵ֣י יִשְׂרָאֵ֑ל לָכֵ֗ן לֹ֤א תָבִ֨יאוּ֙ אֶת־הַקָּהָ֣ל הַזֶּ֔ה אֶל־הָאָ֖רֶץ אֲשֶׁר־נָתַ֥תִּי לָהֶֽם
    Раши

    и господь сказал моше и аѓарону: «за то, что вы мне не поверили, чтобы освятить меня на глазах сыновей израиля, потому вы и не введете это общество в страну, которую я им дал».

    יען לא האמנתם בי «за то, что вы мне не поверили…» – [здесь] тора открыла [нам], что, если бы не этот грех, они, [аѓарон и моше, удостоились бы права] войти в страну [кнаан]. [тора подробно объясняет нам суть их греха], чтобы не говорили: «им [моше и аѓарону] не было дано право войти в страну [израиля] за тот же грех, который совершило все поколение пустыни».

    а разве [вопрос] «если мелкий и крупный скот будет зарезан для них…»  бемидбар, 11:22. не был хуже?! но тот [вопрос был задан] не публично, поэтому писание пожалело его [моше]. здесь же [неуверенность была высказана] перед всем народом израиля, потому писание не пощадило [моше] из-за [оскорбления] святого имени  танхума, разд. хукат, 10. .

     тора не рассказывает о грехах людей, особенно великих, если в этом

    нет явной необходимости  гур арье. . для чего же тора раскрывает здесь вину моше и аѓарона? ведь нам известны и другие провинности моше и аѓарона, чем же эта тяжелее остальных? разница – в обстоятельствах провинности.

    להקדישני «…чтобы освятить…» – если бы вы сказали скале и из нее потекла бы [вода], я освятился бы в глазах общины. они сказали бы: «если даже эта скала, которая не говорит, не слышит и не нуждается в пропитании, исполняет слово всевышнего, то уж тем более так должны поступать и мы».

     как святость всевышнего связана с тем, каким способом моше добудет из скалы воду? всевышний – святой из святых – освящается, когда его освя­щают евреи. а как они освящают его? выполняя его волю. этого он и добивался: готовности сынов израиля всегда выполнять его волю.

    לכן לא תביאו «…потому вы и не введете…» – [לכן лахен здесь означает] клятвенное заверение. подобно этому: «и לכן лахенпотомупоклялся я дому эли…»  шмуэль I, 3:14 – он поспешил поклясться, чтобы [шмуэль] не молился об этом [об отмене приговора эли].

     слово לכן лахен здесь кажется лишним, если не истолковать его как выражение клятвы.

  7. [С тех пор] это [место называется] Мей-Мерива — из-за того, что [там] сыны Израиля спорили с Господом, и там Он явил Свою святость.
    הֵ֚מָּה מֵ֣י מְרִיבָ֔ה אֲשֶׁר־רָב֥וּ בְנֵֽי־יִשְׂרָאֵ֖ל אֶת־יְהֹוָ֑ה וַיִּקָּדֵ֖שׁ בָּֽם
    Раши

    это и есть мей-мерива, где сыновья израиля спорили с господом, и ими освятился он.

    המה מי מריבה это и есть мей-мерива… – они упомянуты в другом месте: астрологи фараона предвидели, что спаситель израиля будет покаран водами. и потому было велено: «всякого новорожденного сына бросайте в реку…»  шмот, 1:22. ,  санѓедрин, 101б.

     перевод топонима מי מריבה мей мерива на русский язык – «воды распри». но почему сказано המה ѓема – «это и есть», словно речь идет об уже знакомых нам водах? потому что эти воды, по мнению мидраша, уже упоминались в книге шмот.

    ויקדש בם …и ими освятился он. – из-за них [сыновей израиля] умерли моше и аѓарон. а когда святой, благословен он, вершит суд над освященными им [людьми], он внушает страх и освящается среди его творений  звaxим, 115б. . и так сказано [об этом]: «страшен [ты], бог, среди

    освященных тобой…»  теѓилим, 68:36. об этом и было сказано: «я освящусь близкими ко мне…»  ваикра, 10:3.

     раши задается вопросом: к кому или к чему относится слово בם бам – «в них» (мы перевели – «ими»)? к водам или к моше и аѓарону? из текста стиха это не очевидно. поэтому раши поясняет: стих учит нас тому, что в судьбах праведников и их ответственности за свои поступки раскрывается святость всевышнего.

Поделиться
Отправить

Уроки Торы I. Хукат

Эта недельная глава начинается с изложения закона о красной (рыжей) корове — странного обряда, целью которого было очистить людей, ставших ритуально нечистыми из‑за контакта с мертвыми. Корову сжигали, пепел разводили водой и, окропив человека полученной смесью, восстанавливали его ритуальную чистоту. Одна из «странностей» этого закона заключается в некоем парадоксе: приготавливаемая для очищения смесь делала нечистыми всех, кто ее готовил.